«Сон Обломова». (Анализ эпизода из романа

«Сон Обломова». (Анализ эпизода из романа И. А.Гончарова «Обломов».) План. I. Место эпизода «Сон Обломова» в произведении. II. Сон Обломова как шаг к уяснению обломовщины. 1. Идиллический пейзаж Обломовки. 2. Гармоничность и размеренность жизни «благословенного богом уголка»: 3. Время и пространство Обломовки: а) ограниченность пространства; б) неизменность жизни обломовцев.

4. Обычаи и обряды обломовцев: а) мифическое сознание людей; б) особое отношение к приметам. 5. Мифический характер сна. III. Сон Обломова – ключ к пониманию характера героя. В романе И. А. Гончарова «Обломов» ключевое место занимает эпизод «Сон Обломова». Он помогает более полно и глубоко раскрыть образ главного героя. Рассмотреть его мечты представления о жизни на подсознательном уровне, то есть с помощью сна. Сон Обломова переносит нас в Обломовку. Там человеку уютно жить, у него не возникает ощущения неустроенности быта, незащищённости перед огромным миром. Природа и человек слиты, едины, и, кажется, небо, которое способно защитить обломовцев от всех внешних проявлений, “там ближе к земле”, и это небо распростёрлось над землёй, как домашняя кровля.

Нет там ни моря, которое будоражит человеческое сознание, ни гор и пропастей, которые похожи на зубы когти дикого зверя, а вся территория вокруг представляет собой «ряд живописных этюдов, веселых, улыбающихся пейзажей». Такая атмосфера мира Обломовки передаёт полное согласие, гармонию в этом мире, а «сердце так и просится спрятаться в этот забытый всеми уголок и жить никому неведомым счастьем». «Ни страшных бурь, ни разрушений не слыхать в том краю». В газетах не прочесть чего-нибудь страшного об этом «благословенном богом уголке».

Не было там никаких «странных небесных знамений»; не водится там ядовитых гадов; «саранча не залетает туда; нет ни львов, ни тигров, ни даже волков и медведей, потому что нет лесов. Все в Обломовке спокойно, ничто не отвлекает и не угнетает. Нет в ней ничего необычного, даже «поэт или мечтатель не остались бы довольны общим видом этой скромной и незатейливой местности». В Обломовке царит полная идиллия. Идиллический пейзаж неотделим от конкретного пространственного уголка, где жили отцы и деды, будут жить дети и внуки. Пространство Обломовки ограничено, оно не связано с другим миром.

Конечно, обломовцы знали о том, что в восьмидесяти верстах от них находится губернский город, но редко ездили туда, знали и о Саратове, и о Москве, Питере, “что за Питером живут французы или немцы, а далее уже начинался для них, как для древних, тёмный мир, неизвестные страны, населённые чудовищами, людьми о двух головах, великанами; там следовал мрак — и, наконец, всё оканчивалось той рыбой, которая держит на себе землю”. Никто из жителей Обломовки не стремится выйти из этого мира, ибо там — чужое, враждебное, их вполне устраивает счастливое “житьё-бытьё”, и их мир — самостоятельный, целостный и завершённый. Жизнь в Обломовке протекает как будто по ранее запланированной схеме, спокойно и размерено. Ничто не тревожит ее жителей. Даже «правильно и невозмутимо совершается там годовой круг».

Строго ограниченное пространство живёт по своим вековечным традициям, ритуалам. Любовь, рождение, брак, труд, смерть — вся жизнь Обломовки сводится к этому кругу и так же неизменна, как смена времён года. Любовь в Обломовке носит совсем иной характер, чем в реальном мире, она не может стать каким-то переворотом в душевной жизни человека, она не противостоит другим сторонам жизни. Любовь-страсть противопоказана миру обломовцев, они “плохо верили... душевным тревогам, не принимали за жизнь круговорота вечных стремлений куда-то, к чему-то; боялись, как огня, увлечения страстей”.

Ровное, спокойное переживание любви естественно для обломовцев.